Палладьев пишет

В Одессу ехал чуть больше суток. Дождь по пути, холодно, дует. Здесь, на верхней полке, раздавали уже постельное бельё. Мне настолько было пофиг на всё, что я его и не стал распаковывать. Лежал просто. Еду с украинцами — с ними веселей и интересней, чем с молдованами. Стереотип оправдывается: огромные столы, курица, руки в жире до локтей, неснимаемые с Рождества носки, постоянное нажирание в говно — вот что за окружение ждёт в купейном вагоне Москва—Кишинёв. Здесь же поинтересней: ребята шутят, вызывающе себя не ведут, просто попивают пиво и спят. На станциях выходят, там их ждут любимые женщины с булочками, пивасиком и орешками, а потом возвращаются.

Со мной в вагоне ехало много московской молодёжи на морской отдых. К концу путешествия, это уже в полночь, в моём вагоне почти никого не осталось. В таких длительных поездках в который раз убеждаешься, что без КПК, ноута или хорошей книги тебе остаётся только спать. Ничего из вышеперечисленных вещей у меня не было. Розенталя зачитал до дыр ещё по пути в столицу. Поэтому дремал. И проснулся за полчаса до прибытия.

На перроне меня никто не ждал. На вокзале — тоже. Папиного авто в окрестностях не наблюдалось. Следовательно: либо застрял на границе, либо сообщения не дошли. Ну что ж, идём ждать. Гривен у меня не было, с долларами было покончено ещё в МСК и остались у меня налом только рубли ПМР, которые, естественно, я мог засунуть куда угодно. Моё спасение — это автовокзал, где много наших, где можно договориться и где обязательно поменяют. Хуже им от этого не станет.

Июльские ночи были холодные, поэтому потопал я в зал ожидания. Все дремлют. Почти три утра, хуле. Сажусь рядом с парнем спортивного телосложения. Нахожу газету и давай читать криминальные сводки про Крым, про Ялту, про Одессу, про Киев и прочее. Где-то около четырёх парню звонят на мобильник. Понимаю, что это шанс и прошу у него маякнуть своим. Как оказалось из разговора, все мои сообщения из Ксенькиного мобика, из инет-кафе гостиницы — всё это фуфло не дошло до обоих мобиков моих родителей. Они как меня проводили, так ничего не знали. В общем, сменившей тревогу радости не было предела. Папа сейчас в Кишинёве, куда поезд должен был приехать ещё в 11 вечера. Добраться никак: в Бендерах до сих пор, со времени войны ’92 года действует положение о ночном непересечении границы. Да и утром он не сможет тоже. Буду выкручиваться сам, благо есть план.

Парень, как оказалось, сидит на вокзале уже второй день. Деньги у него закончились и он ждёт свою жену, которая живёт в Тирасе. Там странная и запутанная история с украинской границей, холодным морем и неудавшимся отпуском. В благодарность ему за звонок, я предложил ему чай. Кипяток там бесплатный, а у меня ещё 6 пакетиков было с крепким снадобьем. Как оказалось, сидеть в зале ожидания — платная услуга. Я просто прошёл, когда на вахте никого не было :) Так мы сидели до пяти утра. Потом он пошёл на «Привоз», а мне надо на другой автовокзал. Так, с пяти до восьми я гулял по Одессе. Шёл куда глаза глядят и видел то, что мы не успели посмотреть с Серёгой. Утренняя Одесса радует.

На улицах почти пустынно. Половина шестого ж

Прямо артлебедев :)

Загадочная пиксельная штука

Кому-то повезёт

А кому-то уже повезло

Слонега такого бы Маше

А вот что на самой Тираспольской

Сколько не бродил по дворам и улицам города, видел одну и ту же картину: жители выходят на улицы и поливают её из шлангов. Клаасс! Такого ещё нигде не видел.

И напоследок

К восьми я дошёл до вокзала, вспоминая наш с Серёгой путь и пользуясь подсказками прохожих. Со мной была по-прежнему бутылка московского «Спрайта». Хоть и на донышке, но это уже легенда и бутылка с историей на нас двоих. Попутно сочинял какой-то бредень, типа «Ничего личного, много лишнего» и наоборот. Там за сотку (10 евро) добрался на «митсуке» до Тирасполя в компании ещё одной семьи. Домчали с ветерком за пару часов! Ну и я дома теперь :)